П О Л Е В Ы Е Ф И Н Н О - У Г О Р С К И Е И С С Л Е Д О В А Н И Я | ||||||||||
Создано при поддержке Финно-Угорского Общества Финляндии | ![]() |
Сайт размещен при поддержке компании ТелеРосс-Коми |
||||||||
о проекте персоналии публикации архив опросники ссылки гранты | ||||||||||
![]() |
||||||||||
|
Публикации :: Музейная этнография "Иконическая риторика" этнофутуризмаВ.Э. Шарапов (Сыктывкар), А.А. Сурво (Хельсинки) «Иконическая риторика» этнофутуризма
// Семиозис и культура.
Философия и феноменология
текста. Сборник научных
статей. Вып. 5. / Под ред.
И.Е. Фадеевой и В.А. Сулимова.
– Сыктывкар, 2009, с.179-181. При рассмотрении проблематики, связанной с выяснением особенностей символической репрезентации региональной культуры и идентичности, значительный интерес представляют направления современной национальной художественной культуры как формы выражения регионального идентитета и этнического самосознания. В частности, речь идет о т.н. этнофутуристическом движении, получившем развитие в постсоветском пространстве финно-угорских регионов России (12:57-70). С точки зрения академических художественных кругов, этнофутуризм - это андеграунд, который противопоставляет себя всему "официальному" в сфере искусства. В тоже время, этнофутуристические выставки и фестивали финансируются правительствами финно-угорских республик как события, отражающие развитие национальных культур (Ижевск, Йошкар-ола, Пермь, Сыктывкар, Саранск). Фактически, этнофутуризм становится составной часть институтов идеологической пропаганды региональных властей. Хотя художники и писатели этнофутуристы, как правило, демонстративно подчеркивают свою аполитичность и несопричастность к национальным движениям в финно-угорских республиках. Симптоматично в этом плане и создание в 2006 году Финно-угорского культурного центра Российской Федерации в г. Сыктывкаре - как государственного органа, осуществляющего мониторинг этно-политических и этно-культурных процессов, происходящих на финно-угорской "периферии" России. Этнофутуризм отражает не только суть новых творческих поисков в литературе, изобразительном искусстве и кинематографии, но и парадоксы современных этно-политических процессов, происходящих как на европейском Севере России, так и в Прибалтике, Скандинавии и Финляндии. В частности, речь идет о процессах этнической дефрагментации и реидентифакиции - появление т.н. "новых" этносов ("сету", "квенов", "изьватас", "удорачей", "усть-цилемов", "поморов"), которые пытаются добиться особого политического и экономического статуса в составе эстонцев, финнов, коми и русских (2:13-57). Понимание
происходящего на культурных маргиналиях
предполагает, прежде всего, обращение
к предыстории современных Ю. М. Лотман отмечал характерную особенность изобразительного искусства, связанную с иллюзией создания тождества объекта и его образа. В этом процессе имеет место двойная кодировка, когда сначала несловесному тексту приписываются черты словесного, а наследующем этапе, напротив, словесный текст наделяется несловесными (иконическими) признаками (1:74-86). Северо-Восток дал финляндской культуре богатое традиционное наследие, на основе которого появился эпос «Калевала» и сформировались представления о «Золотым веке» фин(лянд)ской истории. Затем потребовалось подтверждение и иллюстрирование карелианистской риторики фотографиями традиционных пейзажей, орнаментами, предметами крестьянского быта и пр. «иконическими» символами. Отправляясь в 1894 г. в Карелию, И.К. Инха писал: «Моим первоочередным намерением было бы собрать материалы, которые потом могли бы использоваться в иллюстрировании Калевалы, в географических описаниях и в этнографических целях»(7:84-86). Фотографии и путевые заметки Инхи (8) произвели столь сильное впечатление на М. Хаавио, что он занялся изучением народной поэзии, стал активистом великофинляндского проекта, а в период оккупации принял непосредственное участие в избавлении «словесно-иконической» Карелии (11) от портивших ландшафт инородческих элементов: «[7.7.1941] Я с молодости был под влиянием Карелии. Изучал народную поэзию Карелии. Прочитал романтический труд И.К. Инха «С песенных земель Калевалы» и на основе его сформировал представление о нетронутых природе и народе Восточной Карелии. Был членом «Племенного клуба» и «Академического общества «Карелия»». И вот, только что захвачен Вокнаволок. Я хотел увидеть и прочувствовать свои рунопевческие деревни» (о событиях 7 июля 1941 г., из вступления к публикации дневников) (5:7-8). С поражением Финляндии в «последней «войне за Карелию»», как назвал этнограф С. Пялси (10), великофинляндскому потенциалу нашлась новая сфера применения. Уже в 1944 году (ещё до вывода Суоми из войны) М. Хаавио призвал исследователей и деятелей культуры к краеведческой деятельности внутри Финляндии. Изучение исчезавшей финляндской деревни курировалось целым рядом именитых учёных с опытом военно-полевой работы, что составило основу современной культурно-идеологической экспансии финляндцев на Русский Север. Их активное участие в проектах национальных парков, «этническом» туризме, в миссионерской деятельности и в этнофутуристической сфере, имеющей откровенно «иконический» план выражения, диктуется внутрикультурными ожиданиями. Эстетика
этнофутуризма ориентирована на
современное осмысление традиционной
этнической символики и, вместе с
тем, по своему художественному конструктивизму
основана на разрушении и размытии символического
языка, характерного для тех или иных этнических
культур. Эта двойственность заложена
в самих истоках этнофутуризма, возникшего
на противоречивом пересечении этнических,
традиционалистких, (анти)глобалистских
и идеологических дискурсов финно-угорского
пространства. Процесс забывания/воспоминания
традиционного наследия обусловлен запросом
семиотических «центров» на обновление
взаимосвязей с символическими «перифериями».
Современная мода на использование в искусстве
традиционных образов отвечает потребности
культуры в осмыслении противоречивого
исторического опыта и трансформации
его из словесно-текстового состояния
в «иконические» символы этнорелигиозного
ландшафта. *** 1. Лотман Ю.М. Иконическая
риторика // Лотман Ю.М. Внутри мыслящих
миров. Человек – текст – семиосфера –
история. М.: «Языки русской культуры»,
1996, с. 74-86. 2. Шабаев Ю.П. "Новые
идентичности" у финно-угров как политические
инструменты // Этнографическое обозрение.
2006, №1, с.13-27 3. Akateeminen Karjala-Seura.
AKS: Paamaarat ja toiminta. Helsinki, 1933, s.2. 4. Auer V., Jutikkala E. Finnlands
Lebensraum: das geographische und geschichtliche Finnland / Als sachkundiger
in philologischen und ethnographischen Fragen Kustaa Vilkuna. Berlin:
Metzner, 1941 5. Haavio M. Me marssimme Aunuksen
teita. Paivakirja sodan vuosilta 1941-1942. [Мы маршируем
по дорогам Олонии. Военный дневник 1941-1942
годов]. Porvoo – Helsinki: WSOY, 1969, s. 7, 8. 6. Haavio M. Kuhalankosken
mylly. Esko Aaltosen tohtorinkamppiaisissa 17.5.1944 // Haavio M. Puheita
vv. 1924-1958. Porvoo – Helsinki: WSOY, 1959 (1944), s. 56. 7. Inha I.K. Suomalaisen Kirjallisuuden
Seuralle / Keskustelemukset 18(7)II/94 // Suomi. Kirjoituksia isanmaallisista
aiheista. Kolmas Jakso. 9 osa. Helsinki: Suomalaisen Kirjallisuuden
Seura, 1894, s. 84-86. 8. Inha I.K. Kalevalan laulumailta.
Elias Lonnrotin poluilla Vienan Karjalassa. Kuvaus Vienan Karjalan
maasta, kansasta, siella tapahtuneesta runonkeruusta ja runoista itsestaan.
[С песенных земель Калевалы. По тропам
Элиаса Лённрота в Беломорской Карелии.
О земле, народе, собирании рун и собственно
рунах Беломорской Карелии.] Helsingissa: Kansanvalistusseura,
1911. 9. Jussila O. Suomen historian
suuret myytit. Helsinki: WSOY, 2007, s. 197-200. 10. Palsi S. Voittajien jaljissa.
Sodanaikaisen Aunuksen oloja ja elamaa. [В след с победителями.
Жизнь и быт военной Олонии.] Helsinki: O.Y. Suomen
Kirja, s. 6. 11. Salminen V. Viena-Aunus:
Ita-Karjala sanoin ja kuvin. [Беломорская Карелия
- Олония: Восточная Карелия в словах и
картинках/фотографиях.] Helsingissa: Otava, 1941.
Брошюра фольклориста В. Салминена, где
снимки из коллекции И.К. Инхи перемежаются
с фотографиями, сделанными военными пропагандистами
в 1941 г. 12. Ugriculture. Contemporary Art of the Fenno-Ugrian Peoples. Helsinki, 2000, p.57-70. |
|
||||||||
о проекте персоналии публикации архив опросники ссылки гранты |